Проблемные ситуации в науке.

Каждый мыслящий человек, да и человечество в целом, находится одновременно в трех познаватель-ных ситуациях:

1) Когда мы знаем, что нечто знаем (я точно знаю, что у каждого человека есть сердце или что согласно теории относительности E=mc2).

2) Когда мы знаем, что чего-то не знаем. Это знание о незнании создает проблемную ситуацию (мы знаем, что существуют какие-то определенные причины тако-го редкого, но грозного заболевания как злокачествен-ная гипертермия, но каковы они, к сожалению, не зна-ем). Сократ…

3) Когда мы не знаем, что не знаем. К примеру, древ-ние греки не только не знали ничего о вирусах или о внутриядерных реакциях, но совершенно не знали, что они об этом не знают.

Такого рода ситуация может быть названа допроб-лемной.

Отсюда следует, что не только во внешнем мире, но и в нас самих, в нашей психике есть нечто такое, о чем мы не подозреваем и что лишь со временем может обнаружиться в виде слабых симптомов, которым поначалу не придают должного значения, но появление которых зна-менует переход от допроблемной к предпроблемной ситуации. Затем по мере роста этих симптомов, организации специальных наблюдений и статистической обработки их результатов создаются условия для формирования проблемной ситуации. Проблемная ситуация в области эмпирических исследований (т. е. в тех научных дисциплинах, где нет четкой системы теоретического знания, как, например, во многих об-ластях психологии) характеризуется выявлением некоторого специ-фического явления, которое не может быть сведено к другим, уже дос-таточно известным, и нуждается в четком описании, а затем и в пони-мании с точки зрения системы принципов и обобщений данной науч-ной дисциплины.

В области исследования человеческой психики и межличностных коммуникаций зафиксировано множество разнообразных явлений, да-леких пока от убедительного научного объяснения и создающих чрез-вычайно интересные проблемные и предпроблемные ситуации.

В межличностных коммуникациях немало вопросов, которые мож-но отнести к предпроблемным, поскольку неясен носитель информа-ции. Для нас привычно, что по выражению глаз мы нередко весьма точно определяем настроение и другие психические состояния чело-века; но что именно является физическим эквивалентом «выражения глаз» —на этот вопрос пока нет удовлетворительного ответа. Важно подчеркнуть, что отсутствие знания о носителе информации, неуме-ние выделить физический процесс, выступающий в роли носителя информации, не может служить достаточным основанием для отрица-ния самого факта передачи информации.

Здесь нужно уточнить, в каком смысле говорится о незнании носи-теля информации. Ведь всякий носитель информации есть ее код; описание носителя информации есть по существу описание ее кода. Понимание информации человеком есть результат расшифровки ко-да. Акт коммуникации между двумя людьми как раз и предполагает расшифровку кода. Это происходит как на сознательном, так и на бес-сознательно-психическом уровне. Причем, расшифровка кодов на бессознательно-психическом уровне занимает в актах коммуникации исключительно важное место. Смысл «выражения глаз», речевой ин-тонации, гримасы мы постигаем мгновенно, интуитивно. В равной сте-пени смысл слышимой нами родной речи понятен нам как бы непо-средственно: мы не анализируем при этом носитель информации соз-нательно, т. е. состав отдельных звуков, фонем, их энергетические свойства и т. п. Поэтому, когда речь идет о знании носителя информа-ции, то имеется в виду сознательное отображение определенной ко-довой организации, конкретных физических, химических, пространст-венных и других свойств носителя данной информации в данной са-моорганизующейся системе.

Следовательно, незнание носителя информации может быть объ-яснено по-разному.

Во-первых, незнанием того разряда известных науке физических явлений, их комбинаций, связей, форм упорядоченности, которые вы-ступают в качестве носителя (кода) определенной информации для данной самоорганизующейся системы. Во-вторых, незнанием некото-рого объективно существующего вида физических явлений, исполь-зуемого самоорганизующейся системой для передачи информации и реализации процессов управления. В последнем случае имеются в виду такие физические явления, процессы, которые пока неизвестны науке.

Нельзя, конечно, упускать из виду того. что известные физические законы не являются полным перечнем всех существующих в природе физических законов и что в данном случае не исключено «противоре-чие» в том смысле, в каком многие наблюдавшиеся световые фено-мены «противоречили» в свое время законам классической механики (примеры подобных «противоречий» выражают наиболее интересный, творческий аспект развития физического познания).

Тут мы оказываемся лицом к лицу со старой и мучительной про-блемой соотношения психического и физического.

Давно известен вульгарно-материалистический способ ее реше-ния, суть которого состоит в том, что психическое признается не более чем разновидностью телесных, физических процессов (вспомним классический тезис вульгарных материалистов: «мозг выделяет мысль, как печень желчь»). Однако такое решение категорически от-вергается марксистской философией, а в конкретно-научном плане заводит исследование в тупик, ибо игнорирует содержательно-ценностную специфику психических явлений.

Не вдаваясь в анализ психофизической (и психофизиологической) проблемы*, отметим только одно принципиальное обстоятельство. Психическое – это разновидность не физических, а информационных процессов. Качественное различие между ними определяется принци-пом инвариантности информации по отношению к физическим свойст-вам ее носителя. Это означает следующее: хотя информация и не су-ществует вне и помимо своего материального носителя, а последний обладает теми или иными физическими свойствами, но одна и та же информация может быть воплощена и передана при помощи разных по своим физическим свойствам носителей, т. е. иметь самые разно-образные коды.

_____________

* См.: Дубровский Д. И. Психические явления и мозг. М.: Наука, 1971. 386 с. Он же. Информация, сознание, мозг. М.: Высш. школа. 1980, 286 с. Он же. Проблема идеального. М.: Мысль, 1983. 228 с.

Другими словами, информация как таковая (по ее содержатель-ным, ценностным характеристикам) не зависит от определенных энер-гетических и других физических свойств своего носителя (скажем, ин-формацию «это – дуб» можно передать на различных языках, посред-ством различных графических, акустических и иных сигналов, причем масса и энергия этих сигналов могут быть различными, а передавае-мая ими информация будет одной и той же). Отсюда следует, что фи-зические законы сами по себе не образуют достаточного основания для объяснения информационных процессов.

Очевидно, что специфические для физики критерии существова-ния нельзя переносить на все остальные области знания (и, соответ-ственно, действительности), особенно в психологию и социальные дисциплины. К примеру, в физике и естествознании вообще централь-ную роль играет принцип повторяемости эксперимента, что целиком оправданно. Однако этот принцип – не всеобщий критерий существо-вания, в частности он не является необходимым критерием существо-вания в гуманитарных науках. Там, где объектом исследования высту-пают исторические события, где историзм входит в число необходи-мых свойств объекта, вопрос о повторяемости приобретает иной смысл, чем в физике. Юлий Цезарь существовал лишь однажды. То, что я пережил сегодня вечером, может никогда больше не повторить-ся в моей жизни. И то, что я могу сделать сейчас, я не смогу сделать через двадцать минут, но завтра наверное смогу сделать снова. По-этому требование строгой повторяемости эксперимента или такой же повторяемости наблюдения чего-либо, обычно выставляемое в каче-стве критерия существования, иногда не имеет той силы, которую ему приписывают.

Основательный методологический анализ проблемных и особен-но предпроблемных ситуаций в науке – важный фактор ее творческого развития.

Рубрики: | Дата публикации: 01.07.2010

Нужна курсовая или дипломная?