Прикладная социальная психология и политика

Политическая психология оформилась в самостоятель¬ную теоретико-эмпирическую дисциплину в середине XX ве¬ка, на стыке таких наук, как психология и политология. Од¬нако основы этой дисциплины закладывались с начала века.

Одним из основателей ее является Грэхэм Уоллес, опуб¬ликовавший в 1908 году работу «Человеческая природа в политике» («Human Nature in Politics»), а также его ученик Г.Лассуэл, опубликовавший в 1930 году известную работу «Психопатология и политика» («Psychopatology and Politics»).

Основы политической психологии как теорети¬ко-эмпирической науки заложили такие известные психо¬логи, как В.Бунд, З.Фрейд, М.Доугал, Д.Уотсон, В.Скиннер.

В политической психологии нашли применение также труды Курта Левина, А.Маслоу, Г.Айзенка, Э.Эриксона и др. Причем многие из них прямо занимались психологиче¬ским анализом политической жизни, а их концепции раз¬рабатывались на политическом материале.

Развитие прикладного аспекта политической психоло¬гии обуславливалось:

*возрастанием роли человеческого фактора,

*общественного мнения в политических, государ¬ственных процессах,

*потребностью принятия эффектив¬ных политических решений в условиях политической кон¬куренции и т.д.

Окончательное оформление политической психологии в самостоятельное научное направление произошло в 1978 году, когда было образовано Международное общество пол¬итической психологии (ISPP). Практически с момента ос¬нования ISPP выходит в свет ежеквартальный журнал об¬щества «Политическая психология» («Political psychology»).

Основными обобщающими источниками по политиче¬ской психологии за рубежом являются фундаментальные труды:

*«Политическая психология» под редакцией Марга¬рет Германн,

*«Словарь политического поведения» под ре¬дакцией С.Лонга,

*«Словарь политической психологии» под редакцией Дж.Книтсона и др.

В отечественной социальной науке проблемы политиче¬ской психологии до 80-х годов рассматривались в основном в философском аспекте.2 К собственно психологическим трудам в области политической психологии можно отнести работы А.И.Юрьева, Е.Б.Шестопал, В.В.Крамника, Л.Я.Гозмана, Е.Егоровой-Гатман и др.

Особенно бурно как теоретические, так и прикладные аспекты политической психологии в России стали разраба¬тываться с начала 90-годов. В 1990 году в Санкт-Петербур¬гском университете создается кафедра политической пси¬хологии (рук. — проф. А.И. Юрьев). К настоящему момен¬ту осуществлены первые выпуски специалистов-психоло¬гов по данному профилю. Как самостоятельную учебную дисциплину политическую психологию начали также пре¬подавать в МГУ, РАГС при Президенте РФ и других вузах России, в том числе и Рязанском институте права и эконо¬мики МВД РФ.

Такое бурное развитие политической психологии в 80-90-е годы в нашей стране обусловлено:

*процессами демок¬ратизации общества,

*обострением политической борьбы,

*ростом социальной напряженности,

*потребностями одних политических сил удержать власть, а других — прийти к власти, опираясь, в том числе, и на социально-психологи¬ческие закономерности в области политической борьбы и жизни.

Исходя из определения предмета политической психо¬логии (поиск социально-психологических закономерно¬стей в политической сфере общества), к основным направ¬лениям развития теории этой отрасли относят:

*психологию власти,

*включая мотивы и ресурсы власти,

*психологию политического лидерства,

*практику принятия политиче¬ских решений,

*политическую социализацию, политиче¬скую культуру,

*социально-психологические аспекты пол¬итических изменений и т.д.

Прикладная социальная психология в сфере политики интересуется в рамках очерченного круга проблем более «прозаическими» вопросами. Анализ как переводной, так и отечественной литературы, опубликованной в 90-е годы в наших издательствах, позволяет вычленить следующие конкретные направления практического изучения социально-психологических явлений в сфере политики:

1) психология политического лидерства, включая изу¬чение природы политического лидера, влияющей на его политическое поведение; стиль принятия политических ре¬шений лидерами; создание имиджа политики; психологи¬ческое портретирование политических лидеров и т.д.;4

2) психология политических конфликтов, кризисов и их разрешение, изучение социально-политической напря¬женности, политической борьбы;

3) социально-психологическая характеристика спосо¬бов политического воздействия, осуществление политиче¬ской пропаганды и агитации, политической рекламы, фор¬мирование общественного мнения;

4) психология принятия политических решений, изме¬рение аспектов их эффективности. Социально-психологи¬ческая экспертиза принятых решений, в том числе и с точ¬ки зрения национальной безопасности;

5) изучение общественного мнения по политическим вопросам с целью определения эффективности пропаганди¬стских кампаний; изучения «рейтинга» и «имиджа» пол¬итических деятелей, степень социальной напряженности и прогноза в политической сфере;

6) комплексные социально-психологические проблемы организации и проведения избирательных кампаний на ре¬гиональном и федеральном уровнях, включая предвари¬тельное изучение общественно-политической ситуации, мониторинг общественного мнения, создание «имиджа» кандидата и воздействие его образа на избирателей и т. д;

7) социально-психологические аспекты деформации в сфере политики, политическая преступность;

8) создание аналитических служб на федеральном и ре¬гиональном уровнях и др.

Среди перечисленных направлений прикладной пол¬итической психологии довольно слабо изучаются проблемы: деформации в сфере политики, включая и ее крайнюю фор¬му — политическую преступность.6 Несмотря на опреде¬ленное количество публицистических статей и достаточное число фактов коррупции, злоупотребления властью и т.п., эмпирических серьезных исследований по данной проблема¬тике практически нет из-за отсутствия заказчиков. Можно предположить, что лица и организации, имеющие средства для финансирования подобных исследований, не имеют тако¬го желания, а имеющие желание — не имеют средств.

Тем не менее практический социальный психолог (социальный работник, социолог) , ра¬ботая в области политики в качестве эксперта, консультан¬та, не может не столкнуться с проблемой деформации инс¬титута власти.

Власть как социальный институт в различных типах государств выполняет разнообразные функции.

Если говорить о власти как нормальном социальном ин¬ституте, то под этим подразумевается некий идеальный случай, когда основой ее функций является обеспечение прав и свобод человека и в целом национальной безопасно¬сти страны.

Есть мировые стандарты, правовые, социально-эконо¬мические критерии, определяющие «норму» власти, а именно: а) разделение функций; б) выборность; в) верхо¬венство закона и пр., в том числе качество, благосостояние, продолжительность жизни народа.

В строгом смысле деформация власти означает невы¬полнение относящихся к ее компетенции функций, выпол¬нение дисфункций.

Критериальными признаками деформации власти явля¬ются:

1) узурпация власти, отсутствие выборности, разделе¬ние функций между исполнительной и представительной властью, самоуправления на муниципальном уровне и т.д.;

2) наличие двойных стандартов, преследование оппози¬ции, инокомышления, ложь; отсутствие открытости, нару¬шение прав и свобод личности; необеспечение националь¬ной обязанности; ошибки стратегического характера, по¬влекшие катастрофические последствия.

Формы проявления деформации власти разнообразны. Деформированная власть может держаться только с по¬мощью изоляционизма, насилия, причем как физического, так и информационного, психологического.

Есть много разновидностей насилия. Но самое страшное — массовое насилие в виде:

*репрессий,

*террора,

*геноцида.

Массовое насилие является главным инструментом тотали¬тарного режима. Оно рождает соответствующий психоло¬гический синдром.

Альтернатива массовому насилию — теория и практика ненасилия. Путь к этому лежит не только через религию, учение Толстого, пацифизм, проведение тренингов нена¬сильственного общения, подписания протоколов о согла¬сии, но и через публичное покаяние, извинение.

Как ни парадоксально звучит, но демократия таит в себе громадный источник насилия, точнее, соблазн прибегнуть к насилию.

Почему? Демократия основана на свободе слова, вероис¬поведания, передвижения, плюрализма в области обще¬ственного мнения, на уважительном отношении к индиви¬дуальным и групповым различиям, на допустимости суще¬ствования официальной оппозиции. Это обстоятельство с неизбежностью приводит к конфликтам. Поэтому со сторо¬ны представителей власти нужна высочайшая культура, чтобы удержаться от соблазна использовать насилие для разрешения конфликта.

В данном случае как никогда важна роль психолога-консультанта в повышении социально-психологической компетентности представителей власти, позволяющей ис¬пользовать диагностические и другие возможности конф¬ликта в конструктивном плане.

Власть обязана бороться с преступностью с помощью определенных социальных институтов. Но иногда власть сама может стать в известном смысле преступной. Такое происходит в результате переворотов, широкомасштабной коррупции или финансирования мафией предвыборных кампаний. Это обстоятельство может послужить предпо¬сылкой образования криминального государства и эконо¬мики, устраивающих всех, за исключением честных граж¬дан, для которых такое государство и экономика представ¬ляют опасность.

Одним из симптомов этого процесса является полити¬ческий слэнг, лексикон представителей власти, значитель¬ную часть которой составляет жаргон криминального мира. И здесь практический психолог должен сказать свое реши¬тельное слово.

Деформированная власть неизбежно приводит к соци¬альной напряженности.

В самом общем виде социальная напряженность возни¬кает в силу социальной дезадаптации:

а) физиологической дезадаптации населения к повыше¬нию цен, когда определенные страты не могут приспосо¬биться к этому без снижения уровня жизни, что объясняет ухудшение социально-демографической ситуации;

б) психофизиологической дезадаптации населения, вы¬ражающейся в виде неосознаваемых массовых психических состояний (тревожности, компенсаторных реакциях: аг¬рессии и т.п.);

в) социально-психологической дезадаптации, отражаю¬щей осознанные конфликтные отношения некоторых слоев населения к трудностям и социальным изменениям, проявля¬ющиеся в когнитивном диссонансе, повышенной политиза¬ции, забастовках, протестах, миграции, эмиграции и т.п.

Деформированная власть и ложь друг без друга обой¬тись не могут. Ложь, особенно в период предвыборных кам¬паний, используется ради голосов легковерных избирате¬лей. В период правления деформированная власть практи¬чески не зависит от общественного мнения.

Однако обман не может продолжаться вечно. Конец сказки Андерсена «Голый король» закономерен. Эффект «шагреневой кожи» действует безотказно при любых обсто¬ятельствах.

Деформация власти проявляется не только в двойных стандартах, но и дворцовых интригах.

«Тайны мадридского двора» и схватки под «ковром» вместо нормальной кадровой политики рождаются только в условиях закрытости власти и информационного вакуума. В данной ситуации практический психолог совместно с пресс-секретарем могут сделать немалое.

Несущей конструкцией деформированной власти явля¬ются деформированные силовые структуры. Главной же причиной деформации власти является ее некомпетент¬ность, которая означает незнание того, что и как делать.

В связи с этим роль практического социального психо¬лога трудно переоценить. Социальные психологи должны:

*создавать информационную базу для принятия решений на основе изучения общественного мнения и экспертных оце¬нок,

*принимать участие в прогнозировании последствий принимаемых решений, особенно в области социальной политики.

Проблема власти и национальной безопасности взаимо¬связаны друг с другом.

Дело в том, что одна из главных функций власти состоит в обеспечении национальной безопасности.

Как известно, складывается она из различных видов безопасности: военной, экологической, криминальной, ин¬формационной, техногенной и т.п. Иначе говоря, нацио¬нальная безопасность — это система мер, направленная на предотвращение и ликвидацию угроз для функционирова¬ния личности, общества, экономики и государства.

В настоящее время предпринимаются попытки создать концепцию национальной безопасности. Но ни одна из них не является до конца завершенной.

В данном случае принципиально важным является то, что целью СНБ выступает обеспечение безопасности лично¬сти и общества, а остальные виды безопасности, в том числе экономическая, военная, криминогенная, — в качестве средств достижения этой цели. Причем необходимо подчерк¬нуть, что речь идет не о безопасности каких-либо отдельных социальных групп, а интересов общества в целом.

При таком подходе к пониманию национальной без¬опасности на первый план выступает профессиональная де¬ятельность именно социальных психологов.

Дело в том, что конфликтологический подход к постро¬ению концепции социальной безопасности позволяет опре¬делить причины кризисных явлений, угрозы для стабиль¬ного развития общества и способы предотвращения тех или иных опасностей. Другими словами, он приводит к четким представлениям о социальных конфликтах внутри (России) Украины, между странами, входящими в сотрудничество, о противо¬речиях глобального характера.

В связи с этим целесообразно:

1) начать подготовку профессиональных конфликтологов;

2) скоординировать усилия государственных и неправи¬тельственных прикладных центров по конфликтологии в виде единого центра; при этом имеется в виду и координа¬ция различных аналитических центров в случае необходи¬мости;

3) приступить к изданию журнала по разрешению кон¬фликтов;

4) создать ассоциацию по конфликтологии и проводить ежегодные конференции и семинары;

5) всячески стимулировать подготовку и издание лите¬ратуры по конфликтологии.

Наибольшее число исследований в области прикладной политической психологии в настоящее время проводится по таким направлениям, как:

*психология политического ли¬дерства (психологическое портретирование,

*разработка «имиджа» политических деятелей, кандидатов на полити¬ческий «Олимп»);

*изучение общественного мнения по пол¬итическим вопросам с целью определения рейтинга пол¬итических партий, лидеров, измерение эффективности пропаганды;7

*социально-психологическое консультирова¬ние в области принятия политических решений, эксперти¬зы принятых или принимаемых решений, проведения про¬пагандистских предвыборных кампаний.

К сожалению, результаты многих таких прикладных исследований не публикуются, поскольку предназначены для «внутреннего пользования» Заказчиком.

В настоящее время появился ряд публикаций в области прикладной политической психологии, которые отличает на¬личие как теоретических положений, так и практических советов политикам, основанных как на зарубежных (в боль¬шей степени), так и на отечественных исследованиях. В ка¬честве примера таких публикаций можно привести работы Центра политического консультирования «Никколо М».

Аналогичный подход в рекомендациях политическим лидерам, кандидатам на места в представительной власти можно наблюдать и в другой работе — книге А.М.Зимичева «Психология политической борьбы»,9 которая с 1992 года уже выдержала два издания, была переведена и издана в США. Причем автор сам прекрасно осознает, что некоторые из при¬водимых им эвристических приемов, рекомендуемых для по¬беды в публичном споре, демонстрируют публике «не очень джентльменские качества» кандидата, но достаточно эф¬фективны для одержания сиюминутной победы.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Содержание понятия “политическая психология”, её генезиса.

2. Предмет и метод политической психологии.

3. Основные направления политической психологии.

4. Предмет и исследовательский прием политической психологии.

5. Основные особенности политической психологии.

6. Политические ценности, политические потребности, политические интересы, политические мысли, политические мифы, политические традиции.

7. Взаимосвязь политической психологии с другими науками, прежде всего общественными.

Рубрики: | Дата публикации: 17.07.2010

Нужна курсовая или дипломная?