СМЕРТЬ

— одна из основных тем философского размышления, долгое время остававшаяся прерогати-вой не столько философии, сколько теологии, высту-пая в контексте проблематики бессмертия души. Те-матизацией С. обозначен водораздел между класси-ческой, традиционной и неклассической, современной философией. Обсуждение проблемы С. тесно связано с введением в аппарат философствования таких кате-горий, как «временность» (темпоральность), «конеч-ность», «событийность», «телесность».

Особая роль в обращении к проблематике С. при-надлежит Хайдеггеру, который отказывается понимать С. как метафизический или биологический момент пе-рехода из одного состояния в другое, рассматривая С. как определяющий фактор самого человеческого бы-тия. Тем самым феномен С. выводится из теологиче-ского или натуралистического плана и помещается в плоскость онтологии. Субъективность определяется, по Хайдеггеру, не самосознанием, а сознанием смерт-ности, человеческое бытие есть «бытие-к-смерти». Вместе с тем С. есть позитивная, а не негативная ха-рактеристика человеческого бытия. С. есть то, что де-лает человеческое бытие «собственным». С. — всегда «моя» С; через осознание С. как «моей собственной» осуществляется выход за пределы «несобственного», анонимного существования и открывается возмож-ность поворота к бытию, или к смыслу бытия.

В последующей немецкоязычной философии про-блема С. разрабатывается в полемике с Хайдеггером. Лёвит, Д. Штернбергер, П. Л. Ландсберг, а также Ясперс критикуют хайдеггеровский подход к С. за по-пытку осмысления субъективности независимо от со-субъективности, совместности с другими (Mitsein).

У Камю С. выступает не как исходный пункт смыс-лопорождающей активности человека, а как негация всякого смысла. Отрицает бытийственный статус С. и Сартр, согласно которому, С. не индивидуализирует человека, а, напротив, обезличивает его, не наделяет его «собственностью», а лишает человеческое суще-ствование всякой «собственности» и подлинности. От-ношение человеческой личности к С, по Сартру, долж-но характеризоваться не «страхом», «ужасом», а про-тивостоянием, сопротивлением. Сходные мотивы вы-ражены в концепции Адорно, который усматривал в философии Хайдеггера и его сторонников «рацио-нальность С.» и противопоставлял ей «рациональ-ность освобождения».

Тенденцию Франкфуртской школы к переводу про-блематики С. из онтологического в социологический и критико-идеологический план закрепляет Маркузе. Тип восприятия С, возобладавший в европ. философии, есть, по Маркузе, идеологический феномен. За этой «идеологией С.» скрываются вполне определенные отношения власти: утверждение образа С. как судьбы и вины есть не что иное, как способ легитимации су-ществующих общественных отношений. «Неестест-венна» и «ужасна» не С, а тот факт, что люди умирают неестественно и ужасно, совсем иначе, чем хотели бы умереть, и с сознанием того, что они жили не так, как могли бы жить. Видение С. сквозь призму мучительной вины становится инструментом власти, средством поддержания «репрессивной культуры».

Историческая вариативность отношения к С, раз-личные типы восприятия С. скрупулезно проанализи-рованы Ариесом.

У Бодрийара история человеческой цивилизации предстает как история «вытеснения» С, исключения феномена С. из процесса производства социальности. В основе рассуждений Бодрийара лежит мысль Ницше о С. как более значимом событии, чем жизнь. Радика-лизацией ницшевских и хайдеггеровских интуиций от-мечены размышления Бланшо, который избегает про-тивополагания бытия и ничто, жизни и С.

У ряда представителей психоанализа бессозна-тельное стремление к С. («Танатос») рассматривается как одно из глубинных оснований человеческого пове-дения наряду с бессознательным стремлением к удо-вольствию («Эрос»).

B.C. Малахов

A.B. Демичев. Дискурсия смерти: введение в фи-лософскую танатологию. СПб., 1997; J. Choron. Der Tod im abendlandischen Denken. Stuttgart, 1967; V. Jan-kelevich. La mort. P., 1977; J. Schlemmer (Hrsg.). Was ist der Tod? Deskussionsbeitrage. Muchen, 1970.

Рубрики: | Дата публикации: 01.07.2010

Нужна курсовая или дипломная?