Логика вопросительного предложения

Так уж устроена система познания: все, что выходит из сознания — истинно для самого создателя и, возможно, истинно для любого другого, кому предназначено данное сообщение. Для того, чтобы представить предложение (для другого) как возможно истинное или концептуально-гипотетическое, обычно ставится значок (?) или же выделяется интонацией. Такое предложение называется вопросительным. В логике вопрос рассматривается несколько иначе, но чисто логического решения проблемы вопроса, как логической операции, не существует.

Значок (?) (как визуальная форма восприятия информации), или интонация (как звуковая форма выражения и восприятия информации), свидетельствует, что предложение возможно не истинное и требует совместной проверки. Но если значка нет, оно приобретает форму истинного знания и таковым преподносится собеседнику. Другое дело, как последний будет его воспринимать — как истинное или как возможно истинное, и от этого будет зависеть характер их дальнейшего совместного действия. Пойдут ли они дальше в своих рассуждениях, опираясь на содержание данного предложения как аксиомы, или же будут бесконечно уточнять его истинность.

В общем виде логику вопросительного предложения, в рамках логики следования (…субъект – предикат – субъект…), можно представить следующим образом. Но надо помнить, что это только символическая запись, которая претендует только на, так скажем, графическое представление логики вопросительного предложения.

{(Sp Pq Qs)} V {(Sp Pq Qs)}

{(Zp Pq Qz)} V {(Zp Pq Qz)}

{(Сz (Zp) Pq Qc)}V {(Сz (Zp ) Pq Qc)}

Выше приведенная символическая запись логики вопроса и ответа, читается таким образом: «В самом деле, все люди обладают признаком «биологические существа»? (Sp). «Если это так, то они должны быть смертны» (Pq). Последнее есть аксиома. Если «смертность» как признак принадлежит всем биологическим существам, то признаком «смертности» становятся (могут стать) все люди (Qs). Таким образом, субъект (S) (все люди), превращается в признак своего предиката (p).

Но содержание данного суждения может быть поставлено под сомнение, полностью или отдельных его частей (смысловых блоков). То есть, может быть, не все люди обладают признаком «биологический организм», или же не все «биологические организмы» обладают признаком «смертность». Если хотя бы один из смысловых блоков поставлен под сомнение, все суждение автоматически оказывается неистинным. Но в данном случае, неистинность отдельных смысловых блоков мы не рассматриваем, поскольку в символической записи, приведенной выше, ставится под сомнение все суждение. Для этого над данным суждением ставится длинная черта, что означает отрицание истинности данного суждения.

Выше приведенная символическая запись читается следующим образом. «Все люди являются биологическими организмами, а последний, в свою очередь, обладает признаком «смертность» (или его отрицание). «Человек» есть биологический организм, который, в свою очередь, обладает признаком смертность» (или его отрицание). «Сократ» есть имя человека, который обладает признаком «биологическое существо», которое «смертно» (или его отрицание).

Если на все «если…» получены положительные ответы, то на них распространяется аксиома: «биологические организмы» обладают признаком «смертны», а это в свою очередь означает, что найдено единое поле пересечения данных смысловых линий. В результате, получен объективный и истинный вывод, что «Сократ (как биологическое существо) смертен». Это уже не ставится под сомнение, но только в рамках данного предложения. В рамках другого предложения, как исходное или промежуточное суждение, этот вывод может быть поставлен под сомнение.

Теперь немного подробнее разберем логику вопросительного предложения. Обратимся, при этом, к логике построения простого силлогизма. Как мы уже писали выше, структура силлогизма несколько отличается от логики следования, точнее, силлогизм вбирает в себя логику следования, и логику вывода. А поскольку логика вопроса содержит в себе имплицитно и логику ответа, то правильнее, во-первых, говорить о логике вопроса и ответа, а во-вторых, наглядно ее можно продемонстрировать именно на классическом силлогизме.

Система вопросно-ответных отношений это диалог, который, по сути, есть форма силлогизма. Вспомните сократовский метод, о котором мы уже не однократно упоминали: он построен как диалог, т.е. система вопросно-ответных отношений, на основе которого, в свою очередь, и был выстроен Аристотелем его классический силлогизм.

Вспомним так же, формулу силлогизма: Все люди смертны // Сократ — человек // Сократ смертен.

(S ?P) // (C ? Q) ? (C ? P).

В формальной записи первое предложение, (суждение) (S?P) можно представить в форме вопроса таким образом:

[(S ? Р) V (S ? Р)]?

Читается так: «Верно ли, по вашему мнению, что (S есть Р), или вы не согласны с тем, что (S есть Р)». Например, «Согласны ли вы с тем, что все люди смертны» или «Вы не согласны с тем, что все люди смертны». Можно записать проще, если после суждения (S ? Р) поставить вопросительный знак. Это будет означать, что данное суждение является концептуально-гипотетическим. Для этого и придуман вопросительный знак.

(S ? Р)?

Выбирая ту или иную альтернативу, отвечающий соглашается или не соглашается с предлагаемым концептуальным положе¬нием, т.е. выбирает для ответа суждение: «Да, я согласен, что все лю¬ди смертны», либо: «Нет, я не согласен, что все люди смертны». Но если он выбрал первое суждение, т.е. согласился, что «все люди смертны», тем самым, по меньшей мере, для двоих собеседников, оно стало аксиомой. Благодаря этому, спрашивающий может продолжать диалог и строить следующее предложение. Так всегда делал Сократ (Платон) и не только он. Так делает каждый из нас, так делают все люди в ходе построения диалога.

Следующее предложение (суждение), (C ? Q) так же можно представить как вопросительное предложение. В самом деле, как только оно высказано, принимает форму вопроса. Таковым оно обязательно остается, даже если будет представлено интонацией или в письменном виде, как положительное суждение, т.е. как истинное знание. Аксиомой оно становится только в тот момент, когда собеседник согласится с данным суждением. Последнее, как вопросительное, строится точно так же как и первое предложение.

[(C ? S) V (C ? S)]? или (C ? S)?

«Согласны ли вы с тем, что Сократ человек, т.е. принадлежит к понятию «все люди»»? или «Вы не согласны с тем, что Сократ человек и не принадлежит к понятию «все люди»»? Если ответ поло¬жительный, т.е. «Да, согласен…», то можно переходить к следующей записи.

[(C ? Р) V (C ? Р)]? или (C ? Р)?

Читается таким образом: «Согласны ли вы с тем, что Сократ смертен»? или «Вы не согласны, что Сократ смертен?» Если ответ положительный, то он счи¬тается выводом. В традиционной логике вывод всегда есть результат аксиоматического взаимодействия суждений первой и второй посылок и считается, поэтому, однозначно истинным. Поэтому он и называется выводом.

На самом деле это не совсем так, а точнее совсем не так. Опять же, следуя природе концептуального построения суждений, в момент его появления он обязательно принимает форму концептуально-гипотетического или возможно истинного знания. Поэтому его можно и нужно записать именно так, как это мы сделали выше.

Мы можем весь силлогизм представить, как совокупность концептуально-гипотетический построений. Так. чаще всего. и делается, т.е. последовательно высказывается несколько суждений, получается какой-то промежуточный или итоговый вывод и только после этого просят (или не просят) собеседника подтвердить и аксиоматичность всех суждений, и правильность их логической взаимосвязи. Формальная запись всего силлогизма как совокупность вопросительных предложений может выглядеть в таком общем виде:

[(S ? Р) V (S ? Р)] ? [(C ? S) V (C ? S)] ? [(C ? Р) V (C ? Р)]?

Понятно, что правило вывода можно соблюсти только в том слу¬чае, как мы уже говорили, если получен положительный ответ на первый и второй вопрос, т.е. были выбраны собеседником суждения, которые подтверждают представленную концепцию. Только в этом случае можно сформулировать третий вопрос:

[(S ? Р) V (C ? S)? ? [(C ? Р) V (C ? Р)?]

читается таким образом: «Если все люди смертны и если Сократ человек, то значит ли это, что Сократ смертен или не значит, что Со¬крат смертен?» Но, по сути. это еще не вывод, а только вопрос. Вывод, как положительное концептуальное знание, последует только в том случае, если будет положительный ответ. Отсюда выводом слу¬жит только то, что выступает следствием из всех трех вопросов, т.е. что пред¬ставляется ответом на каждый вопрос:

[{(S ? Р) ? (C ? S) ? (C ? Р)} ? (C ? Р)]

Можно прочесть таким образом: «Если все люди смер¬тны и если Сократ человек, и если Сократ смертен, то значит, Сократ смертен». В конечном итоге диалог принимает классическую фор¬му простого силлогизма:

[(S ? Р) ? (C ? S)? ? (C ? Р)]

«Если все люди смертны и если Сократ человек, то Сократ смертен».

В общем виде, если (S ? Р) представить как (А); (С ? S) как (Q) и (С ? Р) представить как (В), то общая формула будет выглядеть таким образом:

[(А V А)? ? (Q V Q)?] ?(В V В)?

Как видно, здесь имеются три самостоятельных пред¬положения:

(А V А); (Q V Q); (В V В),

которые имеют различия, если они находятся в единой логической цепочке взаимосвязи. А именно, ес¬ли в первом предложении мы получаем не-А, то теряют смысл и все ос¬тальные предложения, их просто не существует. Отсюда означает, что концепция (А или не-А) не подтвердилась. В свою очередь это означает, что всю работу необходимо проводить сначала. Для логического рассуждения необходимо иметь, как мы уже говорили, утвердительную концепцию, т.е. (А). Только в этом случае можно сформу¬лировать другое предположение, которое также будет иметь вид концептуально-гипотетического знания, в частности:

(Q или не-Q).

Далее, если в формуле (Q V Q) мы получаем не-Q, то в этом случае теряется смысл третьего предложения. Вывод не-Q означает, что мы неверно сформулировали и вторую концеп¬цию, и тем самым не получили вторую аксиоматическую посылку, а, значит, не имеем возможности строить силлогизм и делать какой-либо вывод. И только при положительном Q мы можем сформулировать (В V В), т.е. получить концептуально-гипотетическое суждение, принимающее форму вопросительного предложения. В этом случае получается следующая формула:

(А ? Б) ? [(В V В)?]

В результате движения по¬нятий, (которые образовались вследствие концептуально-гипотетических преобразований), определились два аксиоматических предложения или суждения, и одно концептуально-гипотетическое или вопросительное предложение. Впрочем, последнее определяет и весь силлогизм или предложение как вопросительное. Другими словами, если хотя бы один смысловой блок является неистинным, то и все предложение ставится под сомнение. В общем виде его можно представить в таком виде:

? (В V В)?

т. е. образовалось концептуально-гипотетическое знание. Если ? (В), то (не-В) снимается, и в этом случае основным становится аксиоматическое положение, служащее, в свою очередь, основой дальнейшего рассуждения, например: (В ? Z) ? (D V D)? и т.д.

Но, как это уже отмечалось, вопрос содержит в себе ответ, т.е. ответ есть или (В) или (не-В). Ответ — это процесс выработки концептуально-гипотетического знания, точно так же, как это делается при построении вопроса. Другими словами, и вопрошающий, и отвечающий выполняют одну и ту же задачу одинаковыми методами. Только этот процесс, в связке — спрашивающий («вопрощаюший», как писал Аристотель) и отвечающий, получили различное наименование, что бы можно было разделить их понятийное содержание и, тем самым, описать различные ситуации.

В самом деле, процесс формулирования вопроса и процесс разработки ответа, одинаковые только в рамках построения концепции. Но они разные в связке субъект-объект, поскольку выполняют различные функции: отвечающий должен подтвердить или не подтвердить (но не опровергнуть) концепцию спрашивающего, в то время как последний предлагает концепцию для проверки перед отвечающим. Поэтому они и получили наименование — вопрос и ответ, спрашивающий и отвечающий, чтобы ни в коем случае не перепутать их роли и функции в едином процессе – поиска истины и выработки концептуального знания.

При требовании ответа, отвечающий проводит логическую операцию и получает суждение, которое так же необходимо проверить. То есть выработанное отвечающим суждение, так же становится под воп¬рос и принимает концептуально-гипотетическую форму знания:

[(S ? Р) ? (С ? S)] ?[(S ?Р) ? (С?S)]?

Проверка концепции отвечающего происходит или на основе своих (отвечающего) аксиоматических положений, или на основе аксиоматических посылок задающего вопрос. От¬сюда возникает следующая логическая цепочка рассуждений:

если [(Q ?S) ? (А ? P)] ? (S?P) , (суждение спрашивающего);

если [(H ?S) ? (Z ? P)] ? (S ?P), (суждение отвечающего);

то [(S ? P) ? (S ? P)] ? (S ?P) – получается общее истинное суждение.

Таким образом, исходя из своих аксиоматических положений и применяя ту же самую процедуру и форму рассуждения, отвечающий получает подтверждение (в данном случае) той концеп¬ции, которая была представлена в вопросе. И для них двоих данное суждение принимает форму истинного концептуального знания.

Отсюда следует вывод. Если получаем подтвер¬ждение в ответе того же самого концептуально-гипотетического зна¬ния, что было заложено в вопросе, т.е. ту же самую форму (В или не-В?), то мы обязательно приобретаем (В), т.е. подтверждаем, по существу, то (В), которое было заложено в вопросе.

Если имеется множественность вариантов провер¬ки (или ответов на вопрос), то процедура нахождения каждого ответа в отдельности остается та же, и каждый раз возможно появление того же самого ответа, т. е. того же самого концептуально-гипотетиче¬ского или вероятностно-положительного знания. При несовпадении какого-либо, из возможного множества ответов, с ожидаемым ответом, заложенным в вопросе, он игнорируется (т. е. ответ оставляется без внимания, что далеко не самый лучший вариант). Или же он перепро¬веряется, т.е. выявляется имеющаяся причина несовпадения, способ¬ная привести к отрицанию (В), даже притом, что другие проверки подтвердили (В). Таким образом, мы получаем:

А ? (В)

Z ? (В)

В ? (В)

………….

Х ? (В).

В данном случае мы рассмотрели вопросно-ответное отношение первого типа. Но существует еще вопрос второго типа. В логике его обычно называют какой-вопрос (не очень удачное название, но другого пока не придумали). По нашей терминологии — это псевдо вопрос, поскольку он не содержит в себе концептуального знания. Содержание вопроса второго типа можно охарактеризовать как указание на область поиска ответа. В самой общей форме вопрос второго типа можно представить в символической записи в таком виде:

[(X?) ? Р] или [С ? (X?)] или [С( ? ?)Р].

Как видно, в зависимости от неизвестного — субъ¬екта, предиката или связки, формула (С ? Р) модифицируется, т.е. становится неизвестным что-то одно, обозначаемое знаком вопроса (?). Если подставить под неизвестное какое-либо имя, то в бесконеч¬ном варианте имен данную формулу можно представить в таком виде:

[(Х1…Хn)? ? Р];

или [С ? (Х1…Хn)?]; или [C ? ?X1, X2…???P]

В отличие от первого и второго вариантов, в которых неизвестны субъект и предикат, и которые могут иметь бесконечное количество подставляемых имен, в третьем слу¬чае, когда неизвестна связка, возможны только два варианта: связка есть или ее нет, т.е. есть причинно-следственная зависимость или ее нет. Так, если в вопросах типа: «Кто открыл Америку?» может быть бесконечное число имен, подставляемых под неизвестным, обозначаемым оператором «кто», то в случае третьего элемента, связки, возможны только два варианта — Америка открыта или нет; Колумб открыл ее или нет.

Необходимо также отметить и такой немаловажный момент, что вопрос ставится не ко всему предложению, а только к неизвестной его части — субъекту, предикату или связке. В обыденной разговорной ре¬чи это неизвестное определяется ее контекстом; в формальной логике должно быть обязательное указание на эту неизвестную часть. Поэто¬му при формулировке вопроса обязательно ставится вопросительный знак (?) к той части, которая выступает в качестве неизвестной, или же неизвестное определяется вопросительным оператором, что, однако, не всегда возможно. Например, в вопросе: «Что сделал Колумб?» под неизвестным определяется связка «открыл»; но сам по себе вопросный оператор не позволяет это определить достаточно точно и определенно.

Разрешения логических проблем вопроса второго типа осуществляются путем сведения вопроса второго типа к вопросу (ряду вопросов) первого типа. Происходит это в форме представления под любым именем (подставляемое под Х в субъ¬екте или предикате) его концептуально-гипотетического значения, или возможно-истинного знания и принимающего вид дихотомическо¬го противопоставления: Х имеется или не имеется и, таким образом, мы получаем бесконечную (или конечную) серию ди¬хотомических вопросов в некоторой поисковой области.

Так формулу (Х1…Хn) ? Р можно представить в таком виде:

{[(S ? P? V ?S ?P?] V …V [?A ? C? V?A ? C?]} ? P

В вопросе: «Кто открыл Америку?» — вместо вопросительного оператора, обозначающего некоторую область поиска, ставятся, как возможные, имена Колумб, Магеллан, Васко да Гама и др. Но эти име¬на ставятся как возможно истинные, как концептуально-гипотетиче¬ские и тем самым приобретают дихотомическую форму: (Колумб открыл Америку? или не Колумб открыл Америку?); или (Магеллан открыл Америку? или не Магеллан открыл Америку?); или (Васко да Га¬ма открыл Америку? или не Васко да Гама открыл Америку?) и т. д.

Конечно, отвечающий не должен перебирать все бесконечное множество имен. Это сделать практически невозможно, да и не нужно. В вопросе: «Кто открыл Америку?» отвечающий, пол¬учив область поиска, дает ответ, исходя из своего опыта, наличия сво¬его субъективного концептуального представления, другими словами контекста знания в данной области. Если же оно им не определено, не намечены его точные границы, то оно превращается в альтернативно-возможное знание.

При этом отвечающий проделывает такую же логическую операцию по определению концептуально-гипотетическо¬го знания, что делает и спрашивающий, отыскивая это знание, све¬ряет прошлое знание с собственным или привлекает дополнительное знание. Если нет ни того, ни другого, то его ответ на поставленный вопрос считается не состоявшимся.

В первом случае [(X…X)?? Р] ответ будет: {[(А ? С) V (А ? C?] ? Р]? т.е. подставляется имя (Колумб или не Колумб) открыл Америку. Ответ в полной и приведенной форме будет выглядеть таким образом:

[(А ? Р) V (А ? Р)]?

Если возникает альтернативный вариант, то получается:

{[(А ? Р) V (А ? Р)] V [(С ? Р) V (С ? Р)]}?

Иначе говоря: «Колумб открыл Америку?» или «Не Колумб от¬крыл Америку?» или «Магеллан открыл Америку?» или «Не Магеллан открыл Америку?».

Необходимо помнить, что вопрос второго типа представляет собой средство развития вопроса первого типа, когда определена концептуальная область по¬иска. Но решение вопроса второго типа происходит точно таким же способом, как и вопроса первого типа. Сложность и отличие заключается только в превращении вопроса пер¬вого типа в вопрос второго типа.

Из всего выше сказанного по поводу вопросительного предложения можно сделать несколько важных выводов:

1. Любое суждение является концептуальным. Ни в какой другой форме предложение (суждение) не существует.

2. Предложение есть особая, специфическая форма выражения концепции. Никакой другой формы выражения концепции не существует.

3. Концепция в обязательном порядке должна иметь физического носителя, то есть должна быть озвучена (письменно или устно).

4. Любая концепция, представленная в предложении, является истинной для ее создателя, и возможно истинной — возможно неистинной, для другого, к кому она прямо или косвенно обращена.

5. Вопросительное предложение есть только форма представления концептуально-гипотетического знания, его обозначение как возможно истинного и выражение требования его проверки другим. Никакой другой функции вопросительное предложение не несет.

6. Вопросительное предложение может быть полным и законченным или не полным. В первом случае оно принимает форму дихотомического вопроса (Да, нет), во втором случае предложение с вопросным оператором «кто», «что» и др. Соответственно, они предполагают разные действия по проверке.

Рубрики: | Дата публикации: 26.07.2010

Нужна курсовая или дипломная?