Логическая структура предложения

Когда мы говорим о смысловой интерпретации предложения, то имеем в виду, что смысл всегда выражен в некоторой логической форме взаимосвязи основных и не основных объектов предложения. Логическая взаимосвязь удерживает смысл в некоторой логической форме (одно логическое образование через другое логическое образование), что позволяет понять содержание предложения. Когда утверждается, что, например, А есть (S есть P), то этим устанавливается логическая последовательность и принципы взаимосвязи (логики называют это логическим законом), следуя которым можно правильно, по смыслу построить предложение.

В практике решения своих задач, человек относительно легко справляется с построением логической формы взаимосвязи объектов во всех ее особенностях, применительно к конкретным актам действия. Накопленный опыт общения позволяет правильно выстроить объекты предложения в некоторой логической последовательности и взаимосвязи. Но это всегда происходит интуитивно, т.е. человек в подсознании знает, как надо правильно или неправильно делать. Но вот объяснить, почему он делает именно так, что бы его поняли или специально, что бы его не поняли (это все равно знание о том, как надо правильно строить предложение), ни себе, ни другим, чаще всего, не может. По большому счету, от него это никогда и не требуется.

Но важно осознать и актуализировать этот процесс, постараться как можно полнее, в деталях описать его и по мере возможности формализовать, что бы было понятно, что за чем идет и почему объекты (слова-понятия), как планеты солнечной системы, выстраиваются именно таким образом, а никак иначе. Так поступает или должна поступать, любая наука, в том числе и логика.

Для этого надо, прежде всего, выявить и показать, во-первых, все основные и желательно не основные объекты предложения (ибо, так называемые, не основные объекты, при смене ситуации, могут легко превратиться в основные объекты), и, во-вторых, показать некоторые особенности их взаимосвязи. Я не говорю в данном случае о логических законах (как в традиционной логике), это более глубокая сущность.

В предложении «Все люди смертны», можно выделить следующие объекты: «все», «люди», «смертны». «Объекты» лежат на поверхности, явно видны и ощущаемы. Как правило, на этих объектах и останавливаются при анализе структуры предложения (суждения), и считают это вполне достаточным. Они, в самом деле, являются важными объектами и каким-то образом связаны друг с другом, что так же становится предметом пристального внимания логиков. Эта взаимосвязь определяется некой смысловой логической конструкцией, которая обуславливает содержание данного предложения.

Графически соотношение данных объектов-понятий можно представить, как показано на схеме ниже, во всяком случае, как один из вариантов. Но здесь пока нет указаний на какую-либо логику взаимосвязи, мы только говорим, что между данными объектами-понятиями имеется логическая связь и не более того. И даже показали ее пунктирными линиями. Обратите внимание, что пересекающиеся пунктирные линии образуют в центе схемы некий треугольник. Ниже мы расскажем о его сущности подробнее, а сейчас заметим, что на самом деле является некой результирующей процесса взаимодействия данных объектов.

Если внимательно посмотреть на данный рисунок, то мы увидим, что понятия «все», «люди» и «смертны», в результате сочетания, образуют еще один ряд объектов. Это понятийное образование «все люди»; понятийное образование «все смертны», и понятийное образование «люди смертны» (сочетания выделены пунктирной линией). Такое представление понятий имеет для нас важное значение. Первое — каждое из трех понятийных образований, как объекты, автономны; второе — все вместе они образуют новые понятия в различных сочетаниях; и третье — благодаря этому сочетанию, их элементы могут спокойно пере¬ходить из одного в другое понятие.

Выше мы выделили три понятийных образования, на самом деле их может быть больше, в зависимости от того, какой объект берется в качестве доминанты. Так, в понятийном образовании «все люди» доминантой может быть понятие «все», тогда оно включает в себя понятие «люди». И в самом деле, если мы акцент делаем на понятии «все», то его содержание весьма существенно отличается от того понятийного образования, когда мы делаем акцент на понятии «люди». В последнем случае доминантой выступает понятие «люди», которое включает в себя понятие «все». Соответственно, в понятии «люди смертны», может быть доминантой, как первое, так и второе понятие и т.д. То же происходит и с понятийным образованием «все смертны».

Но и в самом предложении «Все люди смертны», доминантой может выступать любое из этих понятий, тогда образуется еще три понятийных и отличных друг от друга понятий-субъектов. Таким образом, уже получается десять (включая исходное сочетание понятий «все люди смертны») понятийных образований, что довольно много для такого короткого предложения. Можно представить, сколько вариантов и вариаций понятийных образований может быть у сложного предложения, содержащего, например, четыре, пять и более, отдельных и самостоятельных автономных понятий-объектов.

Чтобы понять, насколько важно указать или найти доминанту, приведем такой пример. «Имя Сократ принадлежит человеку, который обладает таким свойством, как «биологическое существо», которое, в свою очередь, обладает признаком «смертность». Построим предложение иначе: «Человек, по имени Сократ, обладает свойством биологического существа, которое, в свою очередь, обладает признаком смертность, а значит, он смертен».

В первом случае доминантой является имя, которое не обладает свойством «смертность» ни при каких условиях, ибо оно не обладает свойством «биологическое существо». Этим свойством обладает только человек, по имени Сократ, что и является доминантой во втором предложении. Смысл, суть, содержание объекта определяет расположение объектов относительно друг друга, опять же, в зависимости от поставленной задачи.

Теперь усложним понятийную гипотетическую конструкцию, сделаем ее из двух этажей. Дело в том, что понятийная конструкция «люди смертны», взятая как наиболее общая, может включать в себя и такую понятийную конструкцию как «все люди» или же «все смертны», как частные, по отношению к ней, понятийные образования. Фактически, и то и другое понятийное образование становятся элементами основного общего понятия. В этом случае возникает невообразимое и противоречащее самому себе, понятийное образование. Действительно, вполне возможное и жизнеспособное, т.е. не противоречащее самому себе понятийное образование, поскольку содержание производных понятий может меняться и, нередко, весьма существенно.

В предложении «все люди смертны, если люди смертны», первая часть поставлена в зависимости от второй, т.е. выражение «все люди смертны» истинно только при условии, что «люди смертны». Но это надо еще доказать. Можно по другому сказать, «все люди смертны, потому, что люди смертны». Здесь уже последнее становится доминантой и аксиомой, которая определяет первую часть, а точнее понятие «все». Далее, «все люди смертны, если все смертны», т.е. здесь ставится под сомнение, что именно все люди смертны и, возможно, есть люди, которые бессмертны. Или же «все люди смертны, потому что люди смертны» — аксиомой и доминантой становится последнее. Так же понятийное образование «все люди смертны» может определяться понятийным образованием «все люди»: «все люди смертны, если речь идет о людях» — гипотетическая доминанта или «все люди смертны, потому что люди» — истинная доминанта.

Чтобы не запутаться в логических смыслах различных понятийных образований, существует контекст, о чем подробнее мы будем говорить далее. Здесь важно понять, что комбинаций понятийных образований может быть бесконечное множество, что и позволяет каждому отдельному предложению описывать большое количество реальных явлений, при этом используя ограниченное количество физических носителей смысла, т.е. слов.

Есть еще одна особенность. Предложение «все люди смертны» является краткой формой длинного ряда рассуждений, каждое из которых выполняет свою функцию. Если его развернуть, то получится примерно следующая фраза: «все люди смертны, при условии, что нет ни одного человека, который бы жил вечно, и это было бы доказано. И что речь идет только о таком человеке, который обладает свойством «биологическое существо», которое, в свою очередь, обладает уникальным свойством «смертность».

Если внимательно посмотреть на данное предложение, то мы увидим, что здесь существуют некие аксиомы, которые определяют связку понятий. Если нас интересует истинность положения — «все люди смертны», то мы должны принять (каким-то образом), как аксиому, что все указанные объекты обладают свойством «биологическое существо». Мы так же должны принять как аксиому, что «биологическое существо», в свою очередь, обладает таким свойством, кроме всех прочих, как «смертность».

Мы так же принимаем за истинность, что объект «биологическое существо», который в свою очередь обладает свойством, кроме всех прочих, «смертность», становится признаком или свойством указанных понятий, как части среди множества (ограниченного) других свойств. Если мы принимаем, что «смертность» принадлежит «биологическому существу», которое становится свойством понятий «все», «люди» и «смертность», то понятийное образование «все люди смертны» — истинное, но только в рамках указанных аксиом. Таким образом, понятие «биологическое существо» становится в центр понятийной конструкции «все люди смертны», что и показано, как мы обещали, на ниже приведенной схеме.

На схеме мы указали прямое или непосредственное следование объектам предиката, и в этом случае вполне понятна и объяснима их логическая связь. Но бывает так, что пытаются включить в понятия то свойство и элемент, которым не обладает ни одно из данных понятий. Тогда приходится идти другим путем, включать другие опосредованные цепочки рассуждений и через них искать то явление, которое можно было бы включить в интересующее нас понятийное образование. Сделать его частью этого образования и придать, тем самым, исходному понятию некий иной смысл.

Так, в суждении «Сократ смертен» пропущено уже не одно, а ряд промежуточных звеньев. И любой, услышавший или прочитавший эту фразу, может усомниться в ее истинности и задать уточняющий вопрос: О каком объекте «Сократ» идет речь? Поэтому правильнее было бы сказать так: «Человек, который обладает свойством, кроме всех прочих, «биологическое существо», который, в свою очередь, кроме всех прочих, обладает свойством «смертность», имеет имя Сократ». В таком рассуждении новый объект «имя», который не обладает свойством «биологическое существо», был включен в общий ход рассуждений, посредством объекта «человек», который обладает вышеуказанным свойством. Об этом мы уже говорили, и будем возвращаться к этой теме еще не раз.

Краткая форма предложения вполне применима, если она для другого взаимодействующего субъекта является истинной, для решения им своих частных задач. Но, если какие-то элементы этого суждения, выступающие в роли аксиоматических, или все суждения вызывают сомнения в своей истинности, то применяется развернутое суждение, как это приведено выше. В этом случае в предложении указывается аксиома второго, базового уровня, на котором и строится результирующее суждение. Если оно в этом случае принимается как истинное, то становится аксиомой для всех последующих построений взаимосвязи суждений.

Суждение «люди произошли от обезьяны», не является абсолютной аксиомой для множества людей, и что бы это доказать краткая форма нередко превращается в длинный ряд рассуждений, которые доказывали бы истинность множества исходных, логически последовательных суждений. Как известно, на доказательство, как впрочем, и на опровержение данного положения, были написаны горы литературы с явной или сомнительной аргументацией, и более или менее строгой логикой рассуждения, а то и вообще не придерживаясь никаких аргументов и логики доказательств.

Но здесь уже работает другая логика, которая не менее интересна, чем традиционная научная логика. Когда заявляют — «я верю, и этого для меня, и для кого-то еще, является вполне достаточным», по сути, означает, что берется за доминанту некое положение, в основе которого находится содержание, которое решает поставленную человеком для самого себя задачу. Если данное положение решает задачу, то оно уже (в рамках ее решения) является истинным. При этом оно вполне может противоречить какому-то другому суждению, например, что человек пришел из космоса или произошел от Бога. И то и другое, и множество других так же будут истинными, если только, повторим, оно решает поставленные человеком задачи. За рамками поставленной задачи никакое суждение не имеет смысла.

Развернутое предложение, независимо от его длины, можно назвать классическим, потому что оно сформировано и сформулировано логически правильно. Классическое потому, что данное предложение в полной мере обладает всеми свойствами формы выражения смысла, основной мысли.

В выше указанном предложении в явной форме наличествуют основные субъекты («все», «люди», «смертны»), контекст, условие («если, только…»), указана определенная логическая последовательность взаимосвязи объектов, показа доминанта («биологическое» и «смертность»), временные и пространственные параметры («все и всегда), указано ключевое действие («люди смертны»).

Длина развернутого предложения не имеет значения потому, что каким бы длинным оно ни было, каждый раз, через определенные логические интервалы, все основные объекты повторяются, представляя собой завершенную и автономную логическую цепочку рассуждений.

Имеется еще одно принципиальное и весьма интересное свойство предложения, выступающее обязательным условием дееспособности любого предложения, о чем мы уже говорили. Это то, что понятия и понятийные образования текучи, т.е. могут спокойно пере¬ходить из одного понятия в другое, меняя или не меняя свое понятийное содержание. В свою очередь это является обязательным условием для развития понятий и смысла, что позволяет спокойно описывать любые или почти любые ситуации внешнего подметного мира.

Это оказывается возможным потому, что, согласно общим принципам построения и развития логики смысла, все входящие в предложение понятия обладают каким-то общими признаками или элементами. Другими словами, любое новое понятийное образование в рамках предложения возможно только тогда и только потому, что оно обладает одними и теми же, общими для всех элементами.

Предложение обязательно содержит смысловые блоки. Вот маленький пример: когда диктор телевидения или радио читает текст, он обязательно делает паузы через каждые два-три-четыре слова. Послушайте и вы сразу же убедитесь в этом. Это называется культура речи, и этому специально учат в театральных школах. Для чего это делается?

Имеется, по крайней мере, три причины: во-первых, затем, что бы дать слушателю время, для обработки сознанием услышанного, и включить его в свою систему знаний. Для этого дается ему 2-3 секунды в качестве паузы, молчания, тишины, безмолвия. Во-вторых, что для нас является сейчас более важным, паузы делаются не просто через два-три-четыре слова, а через смысловые блоки. Попробуйте разбить текст на паузы в случайном порядке, и вы убедитесь, что ничего хорошего для выражения ключевой мысли, не получится. И, в-третьих, указание на смысловой блок позволяет использовать интонацию, для выделения ключевого слова и ключевого смыслового блока, которые и выступают доминантой.

Особенно это хорошо слышится и видится в стихотворении. Приведем, в качестве примера, короткое двустишье, в котором смысловые блоки отделим наклонной чертой. Одна черта — короткая пауза, две — большая пауза, три — еще большая пауза. Можно так сказать — паузы в одну, две и три секунды.

Все люди, // которые / ныне живут, ///

Хотят, не хотят, // но все же / помрут.///

В данном случае мы выделили шесть блоков, хотя основных только четыре. Особенность смыслового блока — его смысловая полнота и смысловая законченность, со своей структурой. Это, своего рода, маленькое предложение. Но понимание содержания такого смыслового блока зависит только от непосредственного и короткого контекста. В самом деле, все указанные четыре основных блока являются законченными и логически определенными смысловыми образованиями.

И еще один пример, для разрядки, чтобы читатель немного отдохнул от сложных, и может быть, скучных рассуждений.

На свете / все обман, ///

Сколь девушку / ни гладь ///

Она / глядит в карман. ///

Смысловой блок есть, так же, результат операции с понятиями, которая осуществляется в той самой логической последовательности, о которой мы чуть выше говорили: перетекания субъекта в предикат и наоборот. Т.е., когда предикат на следующей ступени становится субъектом со своим особым признаком, который, опять же, превращается в субъект и т.д., до бесконечности, пока не закончится текст. И с другой стороны, обозначаются пересекающиеся линии, центром пересечения которых становится общий признак, определяющий смысл предложения.

Смысл приведенного двустишья свидетельствует о том, что люди все равно умрут, как бы они к этому ни относились. Для этого определяются линии: «все люди», «ныне живут», «хотят, не хотят» и еще одна – «все же помрут», как вывод. Можно так представить связку этих линий: все люди мыслящие, чувствующие и пр. существа («хотят, не хотят») обладают одним, среди других прочих, свойством или признаком, что они биологические существа. Этот же признак принадлежит и следующему понятию – «все люди живут». А если так, то согласно аксиоматическому признаку, что биологические существа обладают таким признаком как смертность, то, соответственно, и «все люди помрут».

Но здесь нет логической связки включенности, как в силлогизме, имеются линии логического следования и пересечение этих линий на ключевом признаке. В данном случае «биологическое», которое обладает признаком «смертность», выступающее аксиомой.

Впрочем, построить простой или сложный силлогизм в данном случае было бы сложно, поскольку опущены переходные логические звенья, их пришлось бы домысливать, что всегда опасно, можно не то придумать. И в логике, в качестве демонстрации, стараются избегать таких сложных предложений. И в нашем случае понятие «биологическое, обладающее признаком смертность» опушено, оно само собой подразумевается. Но в контексте оно обязательно присутствует.

А контекст — как король, который всегда прав, поскольку определяет смысловое содержание предложения. Контекст всегда и везде выступает аксиомой, или, как сказали бы логики, обладает аксиоматическим признаком.

Рубрики: | Дата публикации: 26.07.2010

Нужна курсовая или дипломная?